Правильный ответ:
ТерекаМолодцы, хорошо раскрутили!
Вот один из вариантов легенды о горах Северного Кавказа.
Когда-то давно эти земли населяли нарты-богатыри, которые жили дружно и счастливо до тех пор, пока их седоглавый вождь не воспылал страстью к юной красавице Машуке. Она же преданно любила своего жениха, единственного сына вождя. Тогда отправил старик молодого нарта на охоту, чтобы самому жениться на Машуке, но девушка отвергла вождя и, убегая от него, потеряла кольцо, надетое ей на палец возлюбленным в знак верности. Покатилось кольцо далеко по степи, и увидел его жених. Встревоженный, он примчался домой и вступил в бой с отцом, защищая невесту.
Немало нартов обнажили свои мечи за победу вождя, но не меньше оказалось богатырей, верных его сыну. Вот старый вождь сбил с головы сына железный шлем, оглушил его и пятью ударами меча отнял у него жизнь. Однако и сам не уберегся – единственный удар сына глубоко рассек его седую голову. Не перенесла гибель жениха Машука и кинжалом возлюбленного пронзила свое сердце.
Смертельный бой продолжили сторонники отца и сторонники сына. Наутро поле битвы было покрыто телами воинов. Живых не осталось. Так исчезло с лица земли Кавказа храброе племя, но появились горы. Кольцом-горой стало укатившееся в степь колечко Машуки, сама она тоже превратилась в гору. Зияет Провалом кинжальная рана, а чуть дальше сверкает острой вершиной окаменевший Кинжал. Горой Железной чернеет шлем, сбитый с головы жениха Машуки, и сам он, изрубленный отцом на пять частей, превратился в пятиглавую гору Бештау. Вокруг же застыли окаменевшие воины-великаны. Самая могучая гора седой раздвоенной головой уходит в туманы. Вождь нартов стал называться Минги-тау, что означает "главная гора". А еще его зовут Эльбрусом. Он суров и холоден, на нем не тает снег даже в жаркое лето, и только слезы раскаяния рождаются в его глубинах и растекаются горными реками...
1841 году у подножья горы Машук близ Пятигорска погиб на дуэли Михаил Лермонтов.
Русская ветвь рода Лермонтовых ведет свое начало от Георга Лермонта, выходца из Шотландии.
ДАРЫ ТЕРЕКА
Терек воет, дик и злобен,
Меж утесистых громад,
Буре плач его подобен,
Слезы брызгами летят.
Но, по степи разбегаясь,
Он лукавый принял вид
И, приветливо ласкаясь,
Морю Каспию журчит:
«Расступись, о старец-море,
Дай приют моей волне!
Погулял я на просторе,
Отдохнуть пора бы мне.
Я родился у Казбека,
Вскормлен грудью облаков,
С чуждой властью человека
Вечно спорить был готов.
Я, сынам твоим в забаву,
Разорил родной Дарьял
И валунов, им на славу,
Стадо целое пригнал».
Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий стихнул, будто спит,
И опять ласкаясь Терек
Старцу на ухо журчит:
«Я привез тебе гостинец!
То гостинец не простой:
С поля битвы кабардинец,
Кабардинец удалой.
Он в кольчуге драгоценной,
В налокотниках стальных:
Из Корана стих священный
Писан золотом на них.
Он угрюмо сдвинул брови,
И усов его края
Обагрила знойной крови
Благородная струя;
Взор открытый, безответный
Полон старою враждой;
По затылку чуб заветный
Вьется черною космой».
Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий дремлет и молчит;
И волнуясь буйный Терек
Старцу снова говорит:
«Слушай, дядя: дар бесценный!
Что другие все дары?
Но его от всей вселенной
Я таил до сей поры.
Я примчу к тебе с волнами
Труп казачки молодой,
С темно-бледными плечами,
С светло-русою косой.
Грустен лик ее туманный,
Взор так тихо, сладко спит,
А на грудь из малой раны
Струйка алая бежит.
По красотке-молодице
Не тоскует над рекой
Лишь один во всей станице
Казачина гребенской.
Оседлал он вороного,
И в горах, в ночном бою,
На кинжал чеченца злого
Сложит голову свою».
Замолчал поток сердитый,
И над ним, как снег бела,
Голова с косой размытой
Колыхаяся всплыла.
И старик во блеске власти
Встал, могучий, как гроза,
И оделись влагой страсти
Темно-синие глаза.
Он взыграл, веселья полный, —
И в объятия свои
Набегающие волны
Принял с ропотом любви.
--------------------
А Машук с Лермонтовым связан так, что печальнее некуда. Как Пушкин с Черной речкой. 